На железной панцирной скрипучей кровати, привязанный к спинке, болтался кожаный ремень. Девочка когда – то думала, что нужно тянуть за него, чтобы передвинуть кровать с места на место. У кровати были ещё колёсики, замазанные несколькими слоями белой краски, от чего кровать совершенно невозможно было сдвинуть с места….Когда Дед совсем перестал подниматься с кровати, девочка узнала для чего там привязан ремень….Это было раннее утро. Бабушка так подпёрла Дедушкину спину большими пуховыми подушками, чтобы он не уставал, пока она будет его брить. Приготовила мыльную пену и таз с горячей водой. Достала из футляра с надписью «Кисловодск» тонкую опасную бритву с костяной ручкой – подарок Деду на день Победы, для чего – то погладила бритву о кожаный ремень, быстро переворачивая её в руке…Девочка спросила: «Зачем?» - «Так точится лезвие» - ответила Бабушка. Старым помазком из щетины она покрыла Дедушкины щёки и шею…несколькими ловкими движениями смахнула пену в таз. Девочка смотрела на этот ритуал как завороженная. Ей казалось, что ничего удивительнее она в жизни не видела, ничего таинственней и волшебней….Потом Бабушка достала большие зелёные ножницы, которые девочке строго – настрого запрещалось трогать. Медленно разделила Дедовы кудри на дорожки и так же ловко состригла лишнее. При этом она повторяла, как заклинала: «Нельзя давать стричь волосы нелюбимым людям.»…Потом они вместе пили липово- чабрецовый чай, сидя у Деда в ногах. Бабушка смеялась, говорила: «Ну вот мы и у подножья твоего…»…Деду оставалось жить два дня.
Каждый раз, когда девочка приезжала на каникулы, Бабушка первым делом стригла её: «Ты посмотри на себя, как ты не резанула больше? Всё вкривь и вкось…неужели мать не видела?» Но её голос был мягким и ласковым, она знала свою упрямую девочку. Лето всегда заканчивалось словами «Не стриги себя, счастье своё отстрижёшь…» А начиналось: «Неси скорей ножницы, тебя нужно немедленно подстричь.»
"- Видишь ли, главная твоя трагедия в том, что ты только сейчас, с большим опозданием понял простую истину: этот мир хоть и создан для любви, но к любви совершенно не приспособлен. Разножопица вышла между проектом и реализацией..."
Она знала всё про небо…Она всегда это знала про себя. Она ходила туда дважды – и всякий раз её не пускали. Ей сказали – придешь, когда вернёшь свою улыбку. Туда не пускали без улыбки. И она пыталась вернуть свой смех и эту её неземную улыбку…много лет…
-Ну не злись… Ты понимаешь. Такой дождь и холод. Я подумал, -ты ведь никогда не берёшь зонтик. Я тебя отвезу, давай, собирайся…
Она медленно водила пальцем по запотевшему стеклу, кивнула:
-Да. Конечно…
-Ну ты посмотри на себя, сколько ты весишь? Ты опять не ешь ничего…Я знаю…ты не можешь есть одна. Как ты будешь, в этом городе. Как ты будешь…ну что ж ты такая упрямая…
-Ох…
- Послушай, - он сказал это тихо – Я люблю тебя. Никто не будет любить тебя так, как Я. Я всё исправлю. Я сделаю тебя счастливой. Ты больше никогда…
- Пожалуйста, не надо….
- Ты не понимаешь ( уже громче), ты пропадёшь. Я о тебе позабочусь. Посмотри вокруг – ты же просто сгинешь…Посмотри на меня (почти на крик)…Я НЕ МОГУ БЕЗ ТЕБЯ!
- Пожалуйста…мы же всё обсудили…
- Я ненавижу тебя, что тебе надо? Зачем ты так меня мучаешь? (смахивает со стола бумаги) Я же сказал, Я ВСЁ ИСПРАВЛЮ! Я УЖЕ ДРУГОЙ! …Я ВСЁ ИСПРАВЛЮ!..(в соседнем офисе открылись двери)
- Пожалуйста, не кричи…(улыбается)…
- Чего ты улыбаешься…перестань улыбаться ( зло и тихо)…
Он хлопает дверью…с сейфа слетает бумажный лист.
Она вздрагивает, медленно водит пальцем по запотевшему стеклу…какой дождь! Она никогда не берёт с собой зонтик.
- И что. Ты пишешь всё как есть, всю правду?
-Ну да, я ж серьёзно к этому отнеслась…очень.
-Но ведь так же нельзя…надо же как – то красиво, привлечь как то- надо, украсить себя, что-ли…так же мало кто заметит.
-Нет, Он заметит.. Он тоже внимательно к этому отнёсся.
-Ох, какая же ты глупая…так всё выкладывать.
-Ну нет. Я же сказала –только чистую правду. Грязную я не пишу. Я её уже вытряхнула…а раз вытряхнула – значит зачем ему о ней знать. У него своей грязной правды хватает.. –Ну тогда он будет молча читать…это ж несерьёзно всё, что ты пишешь …бред.
-Нет. Он так не думает. Все, кто так думают уже не читают, и не пишут мне. И это хорошо. Это знаешь ЧТО это значит? Это значит - среди них не было Моего. Вот как. Все лишние отваливаются сами…
-Но ведь ты теряешь столько возможностей, столько интересного…дура.
-Я же тебе уже сказала – мне другое нужно, у меня сильная цель…выдержанная. Я не должна писать по- другому…тогда это не я буду уже…Потому что когда мы встретимся, Он поймёт, что это не я…Да и не Он это будет…а тот, ДРУГОЙ, которому нужна будет та, Другая, которую ты просишь нарисовать. И ничего не получится…врать нельзя.
- Какая ты всё-таки хитрая…
- Ну да, я же по нему так скучаю…сто лет его не видела.
